ВНИМАНИЕ!
В связи с изменением законодательства информация, содержащаяся в статье, полностью или частично устарела и имеет лишь историческое значение. Просим обращаться к более свежим публикациям на аналогичные темы.

Офшорные компании и валютный контроль в РФ

 

Введение

Большинство развитых стран мира считает необходимым принять те или иные меры против использования своими гражданами офшорных компаний. Однако прямые административные запреты применяются редко. "Антиофшорные" меры обычно инкорпорированы в налоговое право в виде так называемых "законов о контролируемых иностранных компаниях" и "правил вытянутой руки".

Отвлекаясь от основной темы, поясним смысл этих положений налогового законодательства. "Законодательство о контролируемых иностранных компаниях" означает положения закона, предписывающие принудительное включение доходов зарубежных (офшорных) компаний, контролируемых резидентами, в налогооблагаемый доход этих резидентов. "Правила вытянутой руки" предполагают пересчет - для налоговых целей - цены сделки с зависимой (офшорной) компаний к "рыночному" уровню, если эта цена от него отклоняется. "Правила вытянутой руки", впрочем, нельзя назвать специфически "антиофшорными", так как они обычно не предусматривают дискриминации сделок с компаниями именно из офшорных зон. Но все же именно на сделки с собственными офшорами они нацелены, пожалуй, в первую очередь.

Кроме того, своего рода "антиофшорной" мерой можно считать установление запретительных ставок налога у источника при выплатах дивидендов, процентов и роялти за границу (например, в США - 30%), но с параллельным заключением международных налоговых договоров, существенно снижающих эти ставки, со всеми, практически, странами, - кроме офшорных зон.

Но все вышесказанное относится именинно к налоговой системе. Борьба с офшорами на уровне валютного законодательства - довольно экзотическое в мировом масштабе явление, и, прежде всего, потому, что в развитых странах, то есть в странах с сильной денежной единицей, валютное регулирование вообще отсутствует как таковое.

В России, однако, ситуация несколько иная.

"Законодательство о контролируемых иностранных компаниях" в западном смысле термина в России отсутствует. "Правила вытянутой руки", не именуемые так официально, тем не менее включены в целый ряд разделов таможенного и налогового законодательства. Сюда относятся правила определения таможенной стоимости товара, отличной от контрактной стоимости; правила, применяемые при включении в расходы организации выплачиваемых ею за рубеж процентов; положения международных налоговых договоров о выплате роялти и процентов связанным компаниям. Но, как уже упоминалось, эти правила вряд ли можно считать направленными исключительно против офшоров.

Помимо этого, существует полуофициальный список офшорных зон министерства по налогам и сборам, но соответствующее письмо МНС (N ФС-6-26/360 от 27 марта 2002 г.) лишь предписывает при проверках "обращать внимание" на место регистрации контрагента российской компании.

До недавнего времени основная тяжесть "антиофшорной" политики в России приходилась, пожалуй, на систему валютного контроля (которой эти функции, в общем-то, не свойственны). Однако в связи с постепенной либерализацией валютного регулирования ситуация в последнее время существенно изменилась. Это и есть основная тема статьи.

Отдельная тема - борьба с "отмыванием" криминальных капиталов. Ее мы тоже затронем, хотя надо сразу сказать, что она не имеет прямого отношения ни к офшорам, ни к валютному регулированию.

О черных списках ЦБР

В период 1999-2003 гг. основным документом, имеющим отношение к борьбе с офшорами, было знаменитое Указание ЦБР от 12 февраля 1999 г. N 500-У, содержащее "черный список" офшорных зон по версии Банка России.

Впрочем, уже из названия указания ("Об усилении валютного контроля со стороны уполномоченных банков за правомерностью осуществления их клиентами валютных операций и о порядке применения мер воздействия к уполномоченным банкам за нарушения валютного законодательства") видно, что о санкциях против российских компаний (не банков), имеющих коммерческие отношения с офшорами, в нем речи не идет, - да это и не входит в компетенцию ЦБР.

А идет речь о том, что, при наличии некоторых формальных признаков "подозрительности" операции резидента с нерезидентом, информация об этой операции предоставляется банком, где у резидента находится счет, Банку России. До сентября 2003 г. одним из таких признаков являлось местонахождение нерезидента в одной из офшорных зон по приложенному к указанию "черному списку". (Дальнейшая судьба предоставляемой в ЦБР информации, в общем, неизвестна. По идее, она используется для целей статистики и обобщения, но при необходимости может быть направлена и в другие (компетентные) органы, для принятия мер.)

Однако в сентябре 2003 г. ситуация радикально изменилась. В текст указания были внесены изменения: из списка признаков "подозрительности" операций исчезла принадлежность нерезидента к офшорной зоне (Указание ЦБР от 12 сентября 2003 г. N 1330-У). По сути, "черный список" ЦБР тем самым был упразднен!

Впрочем, тот же список использовался ЦБР и для других целей, имеющих отношения к собственно банковскому регулированию, точнее, при регулировании отношений российских банков с резидентами офшорных зон. В этом смысл список был сохранен, но изложен в новой редакции (Указание ЦБР от 7 августа 2003 г. N 1317-У).

В соответствии с новой редакцией списка, все офшорные юрисдикции (а список, надо отметить, практически полный, в отличие от упомянутого списка МНС) разделены на три категории по степени их "цивилизованности". В первую группу вошли наиболее "респектабельные" офшорные зоны: Нормандские острова (Гернси, Джерси, Сарк), Остров Мэн, Кипр, Мальта, Гонконг, Люксембург, Швейцария, Сингапур, а также Ирландия (которая вообще-то не офшорная юрисдикция, но имеет особые экономические зоны в Дублине и Шенноне). В третью группу, то есть в разряд наиболее "одиозных" юрисдикций, попали Андорра, Анжуан, Аруба, Вануату, Либерия, Маршалловы острова, Науру, Черногория, а также почему-то Лихтенштейн (вероятно, в силу того, что он находится в "черном списке" ОЭСР). Все остальные офшорные зоны (включая в их число также и штаты США Вайоминг и Делавэр) отнесены ко второй группе.

Правила открытия российскими банками корсчетов с банками из соответствующих стран, а также размер резервов, формируемых российскими банками под операции с резидентами офшорных зон, теперь определяется тем, к какой категории принадлежит данная юрисдикция.

При установлении корсчетов с банками из юрисдикций первой группы ограничений нет. Если же офшорный банк зарегистрирован в юрисдикции из второй или третьей группы, открыть корсчет ему можно только при выполнении определенных условий. А именно, требуется (одновременно) следующее:

- капитал банка-нерезидента составляет не менее 100 млн. евро;
- имеются копии аудиторских заключений банка-нерезидента за последние три года;
- имеются документы о наличии постоянного офиса банка-нерезидента по месту его регистрации.

Альтернативно, достаточно продемонстрировать, что банк-нерезидент удовлетворяет следующим требованиям (видимо, любому из них):

- имеет достаточный кредитный рейтинг (по Moody's или Standard & Poor);
- входит в тысячу крупнейших банков мира (по Bankers' Almanac).

Освобождаются от этих жестких требований лишь центральные (национальные) банки соответствующих юрисдикций, а также дочерние (или материнские) банки российских банков, открывающих корсчет. Разумеется, такая офшорная "дочка" должна быть открыта с соблюдением всех предусмотренных российским законодательством процедур и требований.

Далее, российские банки (а точнее, любые кредитные организации) обязаны формировать довольно значительные резервы под определенные операции с резидентами офшорных зон (Указание ЦБР от 7 августа 2003 г. N 1318-У). Здесь речь уже идет не только об офшорных банках, но и об обычных офшорных компаниях, а также физических лицах, резидентных в офшорных зонах все по тому же списку. Смысл создания резервов состоит, по-видимому, прежде всего в том, чтобы усложнить самим же банкам вывод капиталов в офшорные зоны.

Резервы формируются под следующие операции с нерезидентами (под которыми здесь понимаются резиденты офшорных зон):

- ссудную задолженность нерезидентов;
- остаток на корсчетах в банках-нерезидентах;
- суммы, списанные до выяснения с корсчетов в банках-нерезидентах;
- средства, размещенные по договору лизинга с нерезидентом;
- выданные нерезидентам поручительства и гарантии;
- кредитные линии нерезидентам;
- приобретение ценных бумаг нерезидентов;
- срочные сделки;
- аккредитивы в пользу нерезидентов.

Исключение опять сделано для операций с (законным образом зарегистрированными) дочерними компаниями и банками, а также для операций, производимых через клиринговые центры в ЕС, и операций с офшорными структурными подразделениями банков из стран ОЭСР или ФАТФ.

Ранее (до принятия Указания 1318-У) размер резерва был для всех офшорных зон одинаковый, теперь он зависит от группы. Для первой группы офшорных юрисдикций резервов вообще не формируется, для второй и третьей они рассчитываются по специальным (довольно сложным) формулам, причем для третьей группы резерв вдвое больше, чем для второй.

Подчеркнем еще раз, что "обычных" резидентов, не имеющих банковской лицензии, все эти ограничения, в общем-то, никак не касаются.

Создание офшорной компании

Какие же еще ограничения на операции с офшорами остались? Пожалуй, только одно: особый порядок (легального) создания резидентами России компаний в офшорных зонах.

В соответствии с действующим валютным законодательством, текущие валютные операции производятся резидентами России без ограничений, а валютные операции, связанные с движением капитала, требуют, вообще говоря, особого разрешения ЦБР (кроме случаев, прямо предусмотренных законом или актами ЦБР). (Закон РФ от 9 октября 1992 г. N 3615-1 "О валютном регулировании и валютном контроле".)

В частности, валютными операциями, связанными с движением капитала, являются:

- приобретение валютных ценных бумаг (в том числе акций иностранных компаний);
- перевод валюты (или передача валютных ценностей) в счет совершенной инвестиции.

Таким образом, покупка акций офшорной компании или выплата ее капитала - капитальная валютная операция и, вообще говоря, требует разрешения ЦБР.

Однако если уставный капитал зарубежного юридического лица не разделен на акции (товарищество, общество с ограниченной ответственностью и т.п.), а доля в капитале приобретается не за валюту, а, например, за имущество, то такая операция вообще не является валютной (!), а, следовательно, не подлежит лицензированию. Подчеркнем, что сказанное - вполне официальная позиция ЦБР. Пример - внесение трактора в уставный капитал казахского ТОО: для этого никаких разрешений ЦБР не нужно..

Применительно к офшорным компаниям также можно сделать вывод, что если они создаются не в виде акционерных обществ, а в виде юридических лиц, капитал которых не делится на акции (LLC, Sarl, GmBH и т.п.), а прямой выплаты валюты при создании компании не происходит, то операция не является валютной и может производиться без ограничения любым резидентом, физическим или юридическим лицом.

Между прочим, здесь есть одна юридическая тонкость, связанная с неполным соответствием между реалиями британской и континентально-европейской системы корпоративного права. Российский Гражданский кодекс построен по континентальному образцу, который четко разделяет акционерные общества (капитал которых разделен на акции) и общества с ограниченной ответственностью (капитал не разделен на акции). Вместе с тем корпоративное право большинства офшорных зон построено по британскому образцу, в котором основной корпоративной формой является частная компания с ограниченной ответственностью (private limited company), занимающая по своей конструкции в некотором роде промежуточное положение между континентальными АО и ООО.

Капитал британской компании (а также и типичной офшорной компании) разделен на... На что же он разделен? По-английски это называется shares, что можно перевести и как "акции", и как "доли". Владельцы этих акций/долей называются members или shareholders. Первое переводится как "участник", а второе можно перевести и как "акционер", и как "владелец доли". В отличие от континентальной Европы, сами акции (shares) никогда не являются в прямом смысле слова БУМАГАМИ. На бумаге оформляются сертификаты акций/долей (certificate of shares), что не то же самое.

Так являются ли доли в капитале частной британской (или офшорной) компании ценными бумагами для целей валютного регулирования в РФ? Вопрос остается до некоторой степени спорным, и, очевидно, отчасти ответ на него зависит от перевода документов компании...

Но вернемся на более твердую почву российских нормативных актов.

Наиболее интересен для органов валютного регулирования именно случай, когда российский резидент приобретает за валюту долю участия в иностранной компании. Основные нормативные акты, регулирующие валютные инвестиции в иностранные компании (то есть внесение валюты в их капитал или приобретение за валюту их долей или акций), следующие.

- Письмо ЦБР от 6 октября 1995 г. N 12-524 (общий случай);

- Положение ЦБР от 20 июля 1999 г. N 82-П (инвестиции более 1 млн. долл., или взнос в капитал офшорной компании, или финансовой компании, или кредитной организации, или осуществление совместной деятельности за границей);

- Положение ЦБР от 5 июля 2001 г. N 142-П (прямые инвестиции в страны СНГ: не более 10 млн. долл., не менее 10% капитала).

(Особым образом регулируются зарубежные инвестиции банков и других кредитных организаций РФ, но этот вопрос мы не затрагиваем.)

Согласно первому из документов, для получения разрешения ЦБР на совершение инвестиции в иностранную компанию российский резидент предоставляет, помимо своих документов и документов иностранной компании, также технико-экономическое обоснование инвестиции и заключение Министерства внешних экономических связей РФ.

Второй документ предусматривает гораздо более жесткий порядок рассмотрения заявок на инвестиции. Разрешение готовится Департаментом валютного контроля ЦБР, но выдается только на основе решения, принимаемого Комитетом банковского надзора ЦБР. Помимо прочих документов, инвестор должен представить положительное заключение Министерства экономики РФ, а также справки из своего банка (банков) об источнике валютных средств и об отсутствии нарушений валютного законодательства. Одним из нескольких возможных оснований применения данного порядка является, как отмечалось, осуществления взноса в капитал (приобретение акций или долей в капитале) офшорной компании. Понятие офшорной компании в документе не определено, но на практике ЦБР использует, естественно, свой же "черный список" (в настоящее время - в редакции Указания 1317-У).

Наконец, третий документ предусматривает уведомительный порядок совершения прямых инвестиций (то есть не менее 10%) в предприятия стран СНГ на сумму до 10 млн. долл. Это значит, что предварительное разрешение ЦБР в данном случае не требуется.

Таким образом, "антиофшорная" политика в валютном регулировании выразилась в данном случае в том, что для инвестиций юридических лиц в офшорные компании предусмотрен более жесткий порядок выдачи разрешений, наравне с инвестициями в крупных размерах (более 1 млн. долл.), а также с инвестициями в финансовые и кредитные организации и в совместную деятельность. Если же говорить попросту, получить разрешение ЦБР на инвестицию в офшор практически невозможно, если только нет очень специальных на то причин.

Отметим, что только в вопросе инвестиций сохранилась дискриминация в отношении офщорных юрисдикций первой ("респектабельной") группы: ограничения по открытию корсчетов и резервные требования для них, как обсуждалось выше, не предусмотрены, а вот в вопросе инвестиций все офшорные зоны рассматриваются на равных основаниях.

Указанные нормативные акты относятся к инвестициям юридических лиц (в первом письме этого формально не сказано, но и там постоянно идет речь об учредительных документах резидента, его балансе и т.п.). Какого-либо официального порядка для получения соответствующих разрешений физическими лицами не разработано - возможно, ввиду отсутствия спроса.

Надо полагать, в качестве своего рода компенсации были предусмотрены некоторые льготы для капитальных операций физических лиц.

Прежде всего, с 2001 г. резиденты - физические лица получили право без каких-либо специальных разрешений переводить валюту за границу, как на счета нерезидентов, так и на собственные (законным образом открытые) счета, с целью приобретения валютных ценных бумаг (включая акции иностранных компаний). Общая сумма переводов не должна превышать 75 тыс. долл. в год. Соответствующие поправки были внесены непосредственно в Закон "О валютном регулировании и валютном контроле".

Естественно, разрешены и обратные переводы в Россию при реализации этих ценных бумаг, а также и собственно передача прав собственности на эти ценные бумаги. В законе об этом, правда, написать забыли, но ЦБР исправил дело своим нормативным актом (Положение ЦБР от 24 апреля 1996 г. N 39, п. 1.1.11).

Кроме того, ЦБР любезно разрешил физическим лицам принимать валютные ценные бумаги от нерезидентов в дар (это - капитальная операция!) (там же, п. 1.1.12).

Как видим, ситуация здесь в некотором роде обратная ранее рассмотренной: физическим лицам разрешено приобретение за валюту ТОЛЬКО ценных бумаг, включая акции, но не долей в капитале товариществ, ООО и т.п. Соответственно, в равной степени спорной остается ситуация с британскими и офшорными частыми компаниями (разделен ли их капитал на акции или доли?), но теперь эта неопределенность имеет "противоположный знак".

Ни в одном из случаев, относящихся к капитальным операциям физических лиц, никакой дискриминации против офшорных компаний не предусмотрено: их акции можно приобретать и отчуждать без особых разрешений наравне с акциями "обычных" иностранных компаний (в установленных законом пределах).

Естественно, доходы от операций с зарубежными акциями подлежат налогообложению на общих основаниях, но этот вопрос уже выходит за рамки темы валютного контроля.

"Отмывание" капиталов

В заключение необходимо подчеркнуть вот какое обстоятельство. "Черный список" ЦБР, обсуждавшийся выше, не имеет - и никогда не имел - ничего общего с "черным списком", предусмотренным законодательством против "отмывания" денег (статья 6 Федерального закона от 7 августа 2001 г. N 115-ФЗ "О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма"). Собственно, и "отмывание" не имеет прямой связи с офшорами, а борьба с ним - с валютным регулированием.

В соответствии с указанным законом, считается "подозрительной" в смысле "отмывания", то есть подлежит обязательному контролю (информация передается банком в КФМ - Комитет по финансовому мониторингу), любая операция на сумму 600 тыс. руб. и выше, удовлетворяющая некоторым формальным признакам. Одним из признаков является местонахождение стороны сделки или ее счета в одной из юрисдикций, входящих в "черный список". Список составляется российскими властями, но на основе аналогичного списка ФАТФ - Межправительственной комиссии по борьбе с отмыванием криминальных капиталов.

Сам российский закон об "отмывании" был принят еще в 2001 г. (в пожарном порядке, под угрозой включения России в "черный список" ФАТФ), однако принятие предусмотренного им списка затянулось на целых два года. Несмотря на столь длительный период согласований, конечная версия российского списка в точности совпадает со списком ФАТФ, причем даже порядок расположения стран в нем соответствует английскому алфавиту (Распоряжение Комитета РФ по финансовому мониторингу от 28 августа 2003 г. N 18). Отметим, что время принятия списка КФМ почти совпадает со временем фактической отмены списка ЦБР 500-У, который до этого, можно сказать, его неформально замещал.

Принятие "черного списка" КФМ внесло, наконец, некоторую ясность в вопрос связи офшорных компаний с отмыванием. В прошлом "черный список" ФАТФ действительно состоял в основном из офшорных зон, но сейчас ситуация радикально изменилась. Список ФАТФ-КФМ в настоящее время содержит девять юрисдикций, из которых лишь две (Острова Кука и Науру) - офшорные зоны. Таким образом, операции с резидентами остальных офшорных зон сами по себе не являются "подозрительными" в плане отмывания, конечно, при отсутствии каких-либо других признаков "подозрительности". Этого, увы, нельзя сказать об операциях с резидентами, скажем, Украины, которая имеет несчастье входить в список ФАТФ, а, следовательно, и КФМ.

Выводы

Резюмируя, можно сказать, что "обычные" российские компании и физические лица могут в настоящее время осуществлять коммерческие операции с резидентами офшорных зон, по существу, без ограничений со стороны валютного регулирования. Ограничения в виде резервных требований и усложненного порядка открытия корсчетов остались лишь для российских банков и кредитных организаций. Однако и для них эти ограничения не действуют, если офшорная зона относится к первой, "респектабельной" группе.

Что касается инвестиций в офшорные компании, то для юридических лиц предусмотрен более жесткий порядок получения разрешений на такие инвестиции (по сути, запретительный). А вот физические лица приобретают акции офшорных компаний за валюту без особых разрешений, как и акции любых других иностранных компаний (но не более чем на 75 тыс. долл. в год).

Приобретение же долей в капитале иностранных (в том числе офшорных) компаний, если они не оформлены в виде акций, и приобретаются не за валюту, вообще не является валютной операцией и находится вне сферы валютного контроля.

13 ноября 2003 г.

 

Вы можете загрузить текст этой статьи: Загрузить статью в формате Adobe Acrobat

Переслать ссылку на статью другу:

 

 

Материал подготовлен компанией Roche & Duffay
тел. (495) 790-2660; 926-2990
www.roche-duffay.ru

 

Мы будем Вам признательны, если Вы оцените эту статью:

Актуальность -
+
   
1
2
3
4
5
 
 
Полнота -
+
   
1
2
3
4
5
 
 
Качество -
+
изложения  
1
2
3
4
5
 

Комментарии:

Ваш e-mail? (необязательное поле)

 

 

 
 

Важное уведомление
Компания Roche & Duffay предпринимает все усилия по обеспечению достоверности и актуальности информации, представленной на этом сайте. Однако компания не принимает на себя финансовой и иной ответственности за результаты применения этой информации без предварительной консультации с компанией. Всем посетителям сайта настоятельно рекомендуется до принятия решения об открытии оффшорной компании, создании оффшорного траста, совершении оффшорных инвестиций, открытии счета за рубежом и т.д., проконсультироваться со специалистами по налоговому планированию.
Перепечатка и иное копирование материалов допускается только с разрешения Roche & Duffay.